В Центральном музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева в Москве открылась выставка «Елизаветинская Библия», посвященная выдающемуся памятнику книжного и церковного искусства XVIII века. Издание было богато иллюстрировано сорока девятью гравюрами на ветхозаветные темы, что стало новшеством для русского книгопечатания.

Елизаветинской Библией именуют перевод Священного Писания на церковнославянский язык, который был издан в 1751 году, в период правления императрицы Елизаветы Петровны (отсюда и название). Началась же работа над переводом в 1712 году по именному указу императора Петра I.

– Так сложилось, что эта книжная справа длилась почти сорок лет, – рассказывает куратор выставки, заведующий сектором рукописной и старопечатной книги Научно-фондового отдела музея Наталья Герасимова. – В связи со смертью царя Петра Великого в 1725 году эта работа на какое-то время прекратилась и была возобновлена в 1736 году с подачи ближайшего петровского сподвижника – архиепископа Феофана (Прокоповича). В его архиерейский дом в Санкт-Петербурге уже завезли печатные станы, чтобы выпустить новое издание Библии. Но владыка вскоре умирает, и это дело снова приостанавливается».

Четырнадцатого февраля 1744 года царица Елизавета Петровна своим указом определила Святейшему Синоду, что «дело исправления Библии… давно уже начатое, не терпит отлагательства» и необходимо скорейшее окончание работы. Была создана новая комиссия, которая и завершила справу. В нее пригласили известных в то время ученых мужей — префекта Киево-Могилянской академии иеромонаха Варлаама (Лящевского) и преподавателей иеро­монахов Гедеона (Сломинского) и Иакова (Блонницкого). Они также составили иллюстративную программу, которая была передана для исполнения в Императорскую Санкт-Петербургскую академию наук.

Автором иллюстраций стал известный художник Иоганн Элиас Гриммель, немец по происхождению, который жил в Петербурге и работал в Академии наук. А выполнены рисунки были граверами Иваном Алексеевичем Соколовым и Григорием Аникиевичем Качаловым вместе с их учениками. Первое издание Елизаветинской Библии 1751 года вышло только с одной гравюрой на книгу Бытия, а издание 1756 года – уже со всеми сорока девятью гравюрами.

– По сути, это первая подробно иллюстрированная Библия на церковнославянском языке. Каждую из сорока девяти ветхозаветных книг (в Синодальном переводе пятьдесят книг Ветхого Завета за счет выделения Послания Иеремии в отдельную книгу) открывает гравюра, представляющая собой изобразительную проповедь, своеобразный вступительный комментарий. То есть это такая экзегеза ветхозаветных книг. Гравюры также сопровождаются короткими подписями, которые я называю религиозно-философскими девизами, потому что они, как правило, являются цитатами мессианских мест Священного Писания. Таким образом, Ветхий Завет интерпретируется в свете Нового Завета, который, однако, не проиллюстрирован. То есть в этих иллюстрациях соединены вместе и догматика, и идеология, и даже православная педагогика, потому они очень дидактичны и назидательны. Они указывают читателю, изучающему Священное Писание, путь к спасению его души, – продолжает Наталья Герасимова.

В состав иллюстраций Библии было включено аллегорическое портретное изображение императрицы Елизаветы Петровны. На нем наследница российского престола изображена в императорской короне, парадном платье с орденской лентой и в горностаевой мантии. Рукой государыня опирается на консоль с атрибутами царской власти – державой и скипетром, а ее родители – Петр I и Екатерина I – протягивают дочери книгу, через которую переброшена лента-бандероль с подписью-цитатой из послания апостола Павла к Титу: «Да недокончанная исправиши» (Тит. 1:5). Эти слова означают, что дщерь Петрова завершила начатое родителями дело по изданию Библии.